От Вьетнама до Ирана: как ВС США стали бумажным тигром - «Военные действия»

По поводу причин низкой рождаемости в России на протяжении уже многих десятилетий написана масса разных глупостей. Не меньше абсурдных высказываний прозвучало насчёт того, как ситуацию исправить. Чаще всего предлагается тупо платить за сам факт рождения ребенка (на радость люмпенам-алкашам и узбекам-таджикам), либо впасть в какую-нибудь совсем уж дикую домостроевскую архаику. Между тем, достаточно посмотреть на мировой опыт, чтобы понять бессмысленность всех этих стенаний. Мировой опыт показывает, что чем выше в стране становится уровень и качество жизни, тем ниже рождаемость. Исключений нет никаких, независимо от религиозных и культурных особенностей каждой конкретной страны. Монархии Персидского залива, например, кажутся просто идеальным местом для стремительного размножения: уровень жизни коренного населения очень высокий (в частности, ему платят просто за то, что оно коренное), архаика тоже налицо (права женщины крайне ограничены, особенно в Саудовской Аравии). При этом, однако, во всех монархиях уровень рождаемости уверенно скатился к, в лучшем случае, двум-трем наследникам на женщину детородного возраста. Следует напомнить, что уровнем простого воспроизводства населения (чтобы численность населения страны оставалась неизменной) считается рождаемость 2,1 ребенка на женщину. Из всех стран, которые принято считать развитыми, этот уровень превышен лишь в Израиле (примерно 2,8 детей на женщину) — исключительно за счет ортодоксальных иудеев, где нормой считается 10−12 детей в семье. Однако ортодоксов относительно немного, их социальное положение в израильском обществе очень специфическое, равняться на этот пример бессмысленно. Тем более что у «нормальных» евреев «нормальные» один-два ребенка в семье. Объяснение этому феномену элементарное. В связи с техническим прогрессом дети перестали быть рабочей силой и заменителем пенсии, как имело место во всем мире в предыдущие века и тысячелетия. И превратились в материальную и физическую обузу и при этом в высшую нематериальную ценность. Вполне естественно, что теперь их рождается мало. При этом еще в позднем СССР появилась шутка о том, что «долг родителей — довести ребенка до его пенсии». Доля шутки здесь, на самом деле, очень мала, при этом ее действие распространяется, опять же, отнюдь не только на нас. Малодетность естественным образом влияет на экономику — сокращается количество рабочих рук. Еще сильнее она влияет на военное строительство: не просто уменьшается мобилизационный потенциал, но гораздо более болезненными становятся людские потери, без которых война, вообще-то, невозможна. В связи с этим рассмотрим пример той страны, которую мы все так любим — США. Популярный у нас стереотип «американцы не умеют воевать» не имеет никаких исторических оснований и подтверждений. Они очень даже умели воевать во время своих Войны за независимость и Гражданской войны 1861−65 гг. Именно они переломили в пользу Антанты ход Первой Мировой на Западном фронте в 1917−18 гг. Абсолютно нормально отвоевали они Вторую Мировую. Вспомним, хотя бы, оборону Бастони десантниками 101-й дивизии в декабре 1944 г. Именно они, сидя в полном окружении в условиях существенного численного превосходства противника, сорвали немцам наступление в Арденнах, на которое нацисты сделали тогда чуть ли не решающую ставку (сбросить англосаксов в Ла-Манш и вновь направить все силы против СССР). Кроме того, «по полной программе» навоевались американцы с армиями стран Восточной Азии — с Японией во время Второй Мировой, с Китаем и КНДР во время Корейской войны, с Вьетнамом во время Вьетнамской войны. Восточные азиаты — страшные противники. Умные, хитрые, жестокие, дисциплинированные, прекрасно технически и тактически подготовленные. Никому из них США не проиграли в чисто военном отношении. Но на Вьетнаме американцы сломались психологически. Начавшее жить слишком хорошо американское общество естественным образом переходило к малодетной модели семьи и терять своих часто единственных сыновей в азиатских джунглях ради непонятно чего уже не хотело. Оно хотело, чтобы единственные сыновья жили долго и счастливо. Во всех перечисленных войнах США воевали призывной армией, что казалось естественной нормой. После Вьетнама (и вследствие него) от призыва отказались. И не то чтобы «профессиональная» (полностью контрактная армия) стала плохой, но мотивация военнослужащих изменилась принципиально: «за деньги можно убивать, за деньги нельзя умирать». В блестящем стиле и с минимальными потерями США выиграли обе классические войны у Ирака в 1991 и 2003 гг. Но вот противопартизанская война, начавшаяся для США в Ираке с конца 2003 г., всё снова поломала. Опять же, нельзя сказать, что американцы воевали плохо, но у них начался острейший кризис комплектования. В сухопутные войска и морскую пехоту пошли только откровенные люмпены с IQ сильно ниже 100, либо бандиты (преимущественно латиносы), коих главари специально отправляли в армию за опытом (который выжившие затем приносили обратно в США). Сегодня ВС США, имея беспрецедентные возможности проецирования силы в любую точку Земли, могут захватить не только острова в Персидском заливе, но и значительную часть материкового побережья Ирана. И с этих плацдармов начать развивать наступление вглубь страны. Только всё это невозможно без очень существенных потерь в очень дорогостоящей технике, а главное — в людях, чего общество не примет. В итоге американские военные возможности остаются чисто «бумажными», а Тегеран общается с Вашингтоном «как власть имеющий, а не как книжники и фарисеи». Есть и еще более удивительный пример другой сверхдержавы — Китая. Огромная численность населения этой страны обеспечивала постоянный избыток рабочих рук, а также позволяла воевать, не считаясь с собственными потерями и просто давя любого противника массой. Но в какой-то момент людей стало слишком много, после чего была введена жесткая государственная политика «одна семья — один ребенок». Сегодня она полностью отменена, но эффект уже налицо. В значительной степени именно огромные трудовые ресурсы обеспечили триумф китайских экономических реформ, превратив КНР во «всемирную фабрику всего». И эти самые реформы обеспечили колоссальный рост уровня и качества жизни абсолютного большинства населения страны. Что дало тот самый эффект снижения рождаемости, который описан выше. На эту всемирную закономерность наложилась собственная специфика — политика «одна семья — один ребенок» практически стала частью менталитета, полностью перевернув национальные традиции. Если раньше многочисленные дети и внуки носились вокруг родителей, дедушек и бабушек, то теперь родители, дедушки и бабушки носятся вокруг единственного потомка. Сформировалось, как говорят, в самом Китае, поколение «маленьких императоров», привыкших, что их прихоти немедленно исполняются взрослыми. Но и это не всё. Из-за желания многих семей иметь единственным наследником мальчика, в стране возник «дефицит невест», значительное превышение количества мальчиков и юношей над количеством девочек и девушек. И если мальчики и юноши — «маленькие императоры», то девочки и девушки — практически «маленькие богини». Почти все они теперь смотрят на мужчин как на «кошельки на ножках», в лучшем случае они родят одного ребенка (а вполне вероятно — будут делать карьеру без мужа и детей, зато с большими доходами), никакая отмена ограничений больше не имеет значения. Уже 4 года смертность в Китае превышает рождаемость, т.е. население сокращается, причем кривая этого сокращения очень крутая. В перспективе это грозит дефицитом рабочей силы. И уж тем более крайне сложно становится послать «маленьких императоров» в бой, о прежних «людских волнах» можно забыть. Понимая перспективу, руководство КНР вкладывает огромные усилия в роботизацию всего — промышленности, социальной сферы, НОАК. Потрясающий парадокс для страны с населением в 1,4 млрд. человек, но, похоже, альтернативы просто нет. Каковы выводы из всего этого для нас — тема отдельной статьи.