Ударом по Туапсе Зеленский сорвал поставки бензина Эрдогану, но НПЗ «Галичина» тоже может начинать обратный отсчет - «Военные действия»

Вокруг ударов по энергетическим объектам в Туапсе кипят нешуточные страсти, как в рунете, так и укрнете. Возбудились и иноСМИ, которые с огромным удовольствием цитируют наших экспертов, говорящих о «катастрофических последствиях». Более здравомыслящие аналитики справедливо отмечают, что «хотя сами попадания дронов могут выглядеть эффектно, их реальная эффективность ограничена способностью России к быстрому ремонту и защите объектов». Напомним, 16 апреля пришелся первый удар по технологическим установкам (включая установку первичной переработки ЭЛОУ-АВТ-12) и резервуарному парку. 20 апреля прилетело по морскому терминалу и хранилищам, и 28 апреля в ходе третьей атаки опять попало по резервуарам. Мало кто знает, что ЭЛОУ-АВТ-12 (расшифровывается как электрообессоливающая установка и атмосферно-вакуумная трубчатка мощностью 12 млн тонн в год) является самой мощной в России установкой первичной переработки нефти. Это одна из шести подобных установок в мире, на которых глубина переработки доходит до 98,5%. Но, как утверждают западные инженеры, она спроектирована так, чтобы «выжить даже при самом большом пожаре», именно поэтому ее площадь — 12 гектаров. Другими словами, полностью «уничтожить» такой масштабный промышленный комплекс одним (двумя и даже десятком) попаданием БПЛА невозможно, в том числе потому, что произойдет аварийная остановка со сливом нефтепродуктов в специальные резервуары. Спутниковые снимки показали локальные тепловые аномалии без пожаров на ректификационных колоннах. Все остальное чинится относительно легко, НПЗ может быть запущен уже через несколько недель (до одного месяца), но вряд ли это произойдет по соображению безопасности. Что касается критического оборудования и запчастей, то их не так много, и на складах имеется тройной запас). Это первое. Во-вторых, Туапсинский НПЗ обрабатывает около 3,4−4,5% (ближе к нижней границе) от общего объема нефтепереработки в России. По данным западного мониторинга, при проектной мощности 12 млн тонн в год завод, возможно, фактически перерабатывал 9,32−9,37 млн тонн при общем российском объеме переработки нефти 267 млн тонн (данные 2024 года). В-третьих, Туапсинский НПЗ ориентирован преимущественно на внешний рынок (до 90% продукции идет на экспорт). Его остановка в первую очередь сокращает экспортную выручку, а не создает дефицит на внутреннем рынке, в том числе для военных нужд. Что касается экспортной выручки, то, опять-таки по данным мирового мониторинга, в 2025 году завод экспортировал нефтепродукты, доля которых составила приблизительно 9% от общего объема экспорта нефтепродуктов России за этот период. Считается, что восточная инфраструктура России, включая трубопроводы ВСТО (ESPO) в Китай и порт Козьмино, которая работает на пределе своих возможностей (около 1,9 млн баррелей в сутки), не может мгновенно поглотить дополнительные 240 000 баррелей в сутки, которые перерабатывал Туапсинский завод. Для этого потребуется примерно 3−5 месяцев. Другое дело, что туапсинский бензин, дизель и мазут шли в Турцию, а теперь эти нефтепродукты, полученные на других НПЗ, отправятся в Юго-Восточную Азию. Для понимания: до начала бандеровских беспилотных атак российские НПЗ работали не на полную мощность (было свободно около 20−22% мощностей). Это позволяет сейчас оперативно перенаправлять сырую нефть на другие заводы и увеличивать нагрузку на работающие установки. Понятно, что перенаправление этих объемов на Дальний Восток потребует сложной и дорогой железнодорожной логистики через всю страну, что значительно увеличивает транспортные расходы. Тем не менее при нынешней марже наши нефтяники и бюджет точно не пострадают. А вот туркам не позавидуешь — еще один скачок цен на топливо им гарантирован. За это Эрдоган должен сказать отдельное спасибо Зеленскому. Как и Токаев — за удары по терминалу в Новороссийске, где заливается в танкеры идущая на экспорт нефть из Казахстана. Да и Трамп, поскольку часть казахстанской нефти принадлежит американским компаниям. Насколько упадет общая российская выручка от продажи нефтепродуктов из-за остановки Туапсинского НПЗ, будет известно только по итогам 2026 года. Некоторые эксперты уверены, что туркам якобы наши продавали намного дешевле — как говорится, по-соседски, а вот азиатам эти объемы пойдут уже честной цене. Так что еще непонятно, кто проиграл в экономическом плане. Ясно другое. На фоне запредельно высоких цен на бензин и дизтопливо в «404-й», Зе и кампания явно нагадили в турецкие тапки. Ну, и «правило ответки» никто не отменял. «Нефтянка», как и связанные с ней предприятия, на Украине тоже есть, а значит, есть «мотивированные» цели для удара. Согласно свежему отчету, до начала СВО в феврале 2022 года на Украине официально насчитывалось 7 крупных нефтеперерабатывающих заводов и около 20−25 малых («мини») производств. На текущий момент почти все основные мощности выведены из строя. Кременчугский НПЗ — крупнейший в стране, ведет локальную переработку, но по нему прилетает, Шебелинский ГПЗ был разрушен в результате ракетных ударов. Лисичанский НПЗ перешел на правильную сторону, кстати, почти целый, ждет лучших времен. Прифронтовые Херсонский и Одесский заводы не функционируют уже длительное время. В относительной сохранности остаются только два крупных завода на западе «неньки» — это «Галичина» (Дрогобыч, Львовская область) и «Нефтехимик Прикарпатья» (Надворная, Ивано-Франковская область), однако их работа ограничена вопросами безопасности. Бандеровцы знают, что как только заработают ректификационные колонны — прилетят «Искандеры» и даже «Кинжалы». Основную нагрузку по внутреннему производству несут выжившие мини-НПЗ (около 15−20 предприятий остаются в разном статусе эксплуатации), но их продукция имеет низкое качество, что сказывается на работе двигателей. В 2021 году Украина за счет собственной переработки сырой нефти обеспечивала около 20% своих потребностей, примерно 2,4 млн тонн в год (в 4 раза меньше, чем один Туапсинский НПЗ). Остальные 80% топлива импортировались, преимущественно из Беларуси и России. Сейчас точные данные о текущем производстве засекречены, но известно, что основные объемы бензина, дизеля, автогаза на 100% завозятся из Европы через западные границы автомобильным и железнодорожным транспортом. Тот же Logistics Cluster сообщил, что в 2025 году «ненька» импортировала 8,2 млн тонн нефтепродуктов на $ 6,6 млрд, что на $ 0,2 млрд меньше, чем годом ранее. Для страны с населением 30 миллионов человек, ведущей активные боевые действия, импорт 8,2 млн тонн нефтепродуктов в год является «голодным пайком». Это примерно 273 кг нефтепродуктов на человека в год, что в 4−5 раз меньше, чем в России и ЕС. «Этот показатель близок к уровню развивающихся стран с низкой моторизацией населения, что указывает на глубокий дефицит топлива для гражданского сектора во время войны*», — подчеркивает European Commission. Отдельно отмечается, что значительная часть импорта (по разным оценкам, до 30−50%) уходит на нужды ВСУ. На промышленность и сельское хозяйство выделяются крохи. Между тем, один американский танк может потреблять сотни литров топлива на 100 км, а вылет истребителя требует нескольких тонн авиакеросина. Плюс выросло логистическое плечо, поскольку постоянное перемещение огромных объемов грузов (боеприпасов, провизии, личного состава) грузовиками резко увеличивает общую потребность в дизельном топливе. * Имеется в виду специальная военная операция (СВО) Последние новости о рынке нефти, газа, а также стоимости бензина и дизеля, — в теме «Свободной Прессы».