Нефтяная война в Сирии: курды заявили о своих притязаниях на углеводороды - «Политика»

Подготовка США захвата столицы ИГ* в Сирии города Ракка силами курдов обострила вопрос о будущем Сирийского Курдистана. Практика освобождения курдами территории на северо-востоке Сирии показала, что оставленные террористами арабские населенные пункты вошли в состав курдского анклава, включая расположенные на них нефтяные источники и промышленную инфраструктуру. Борьба за углеводороды изначально стала одной из главных причин войны в Сирии. Страна превратилась в арену борьбы за прокладку нефтегазопроводов из стран Персидского залива для поставок в Европу, что подрывало геополитику Ирана и России. Уже в ходе войны нефтяные месторождения выстраивали логику военных действий, став для противников Дамаска главным объектом захватнических притязаний. Интерес к нефти для курдов является такой же движущей силой в их военной активности, как и для боевиков «Исламского государства». Если в начале войны у них было всего лишь одно крупное нефтяное месторождение «Румейлан» на крайнем северо-востоке, то после захвата Эль-Хасаки они получили ещё одно – в Аш-Шаддади. Ежедневно оно дает 170 тыс. баррелей нефти, что в более чем в четыре раза превышает довоенный уровень. Выход на Ракку также открывает сирийским курдам доступ к новым источникам нефти. Там расположены четыре месторождения из кластера «Ресафа», находящиеся под контролем террористов ИГ. В отличие от них, курды захваченную нефть не продают как контрабандный бесценок, а перерабатывают и используют для поддержания экономики своего административного образования, в том числе в военных целях. Нефть в курдских планах также рассматривается в качестве экономической базы их независимости в будущем. 40-миллионный народ, разделенный между четырьмя странами (Турция, Сирия, Ирак, Иран), борется за создание своего государства, начиная с периода после первой мировой войны. Новый исторический шанс, обусловленный войной в Сирии, уже используется сирийскими курдами для отделения своей автономии, провозглашенной 1 января, считает эксперт Фонда развития институтов гражданского общества «Народная дипломатия» Владимир Киреев. Причем, Сирийский Курдистан имеет больше шансов на независимость от своей метрополии, чем Иракский Курдистан, оказавшийся после создания американцами в 2003 году под влиянием Турции. Рожава в планах Вашингтона задумана как американская зона контроля в Сирии и фактор давления на Турцию, которая в любой момент может выйти из-под контроля НАТО. В этой связи взятие Ракки курдскими отрядами может привести к включению этого арабского города в состав Сирийского Курдистана и его дальнейшему расширению в сторону нефтяных полей Дейр-эз-Зор, новой столицы ИГ. В этой восточной провинции Сирии находится больше всего нефтяных месторождений в стране – 26. В случае захвата курдами они грозят быть безвозвратно утрачены для Дамаска по аналогии с Ираком. Там борьба с ИГ позволила курдам увеличить свою автономию на 40% и поставить вопрос о независимости на правах победителей терроризма. *«Исламское государство» (ИГ) – террористическая группировка, деятельность запрещена на территории РФ решением Верховного суда РФ