Сирия и пальцы в розетке - «Новости Дня»

Пальмира, которая долгое время находилась под контролем боевиков группировки «Исламское государство» (арабское название — ДАИШ, запрещена на территории РФ), наконец-то выдохнула спокойно. В городе уже вовсю празднуют освобождение. Враг разбит, но не побежден: на окраинах аэропорта развернулись ожесточенные бои между Сирийской арабской армией (САА) и террористами ИГ. Как быстро правительственным войскам удастся продвинуться вглубь пустыни и ждать ли в скором времени наступления на Дейр-эр-Зор и Ракку? Взятие Пальмиры имело, прежде всего, не столько исторический и культурный эффект (учитывая находящиеся там памятники архитектуры), но и экономический. В этом районе сосредоточено около 60% нефтегазовых месторождений провинции Хомс. Пока сирийские части зачищают территорию вокруг города и расширяют линию фронта, чтобы не произошли единожды уже сделанные ошибки и Пальмира не была отдана практически тут же. Параллельно сирийской армии удалось отбить аэропорт у боевиков, те атаковали объект спустя пару дней, понимая его стратегическое значение. Но попытка наступления ИГ провалилась: на выручку САА пришла авиация и артиллерия. «В такой местности понятие разгрома вообще не применимо, какого бы технического преимущества у вас ни было. По количественному составу силы САА и ИГ примерно равны, пусть техники больше у правительственных сил и их союзников. Такого превосходства, какое было у боевиков в момент повторного взятия Пальмиры, уже нет. При всех проблемах Халифата они в Пальмире находились достаточно долго. Поэтому вероятнее всего все ключевые объекты местности они заминировали. В том числе, разные объездные пути, дороги, непростреливаемые карманы и тому подобные участки. Естественно, что в таких условиях наступление ведется достаточно медленно. Плюс там удалось прихватить пути отхода у довольно приличной группы террористов — то, чего не было при прошлом взятии Пальмиры, когда Халифат спокойно взял и ушел. Сейчас ему это делать сложнее», — комментирует политолог, эксперт пор Ближнему Востоку Дмитрий Евстафьев. Он напоминает, что Ракка — это история замечательная, но у САА уже было два похода на Ракку. Первый из них кончился ничем, а второй — мучительным погромом. «Поэтому в сегодняшних условиях на те же грабли солдаты Асада не наступят. Если наступят, то встанет вопрос: а что делают там российские советники, раз не могут объяснить союзникам все риски и что не нужно палец совать в розетку. Думаю, третьего раза не будет. Что же касается Дейр-эр-Зора, то это задача не менее сложная, чем выход к предместьям Ракки. Идти туда придется несколько месяцев, если только не произойдет изменений в самом халифате, и террористы действительно не выберут стратегию растворения на местности и перехода к террористической деятельности. Мы это поймем, если дальше все пойдет визуально легко. Не сказать, что это будет лучше, чем когда боевики будут сопротивляться: такая стратегия будет ориентирована на затягивание конфликта. Но сейчас самое главное — восстановить целостность анклава, обновить там контингент и поддержать защитников Дейр-эр-Зора с точки зрения морального духа», — продолжает эксперт. По его словам, обещать близкое освобождение Дейр-эр-Зора не стоит. Даже простое продвижение в антитеррористическом режиме от Пальмиры займет месяц-полтора. Понятно, что будет готовиться наступление широким фронтом. «Это в лучшем случае. В худшем — три или четыре месяца при условии концентрации сил. Но мы не должны забывать про резкое обострение ситуации на южном фронте, про Растанский котел. Но есть еще Идлиб, где по самым пессимистическим подсчетам концентрировалось в районе 15-17 тысяч головорезов. А некоторые оптимисты говорят о 50 тысячах. Так что бросать все и бежать на Дейр-эр-Зор и Ракку — изысканный восточный способ самоубийства. Зато интересно, что в срединной Сирии по линии Алеппо — Дамаск начинается восстановление экономики — в том виде, в котором она может восстановиться. Значительная часть массовки переключится на разного рода экономические дела — рэкет и контрабанду. Это виды промысла, гораздо более безопасные, чем отрезание голов. И с этим тоже что-то придется делать», — добавляет Евстафьев.